- Как мне иногда надоедало, - сказала мадам Воле. Он постоянно говорил о политике и включал новости в восемь часов утра. В восемь! Что мне за дело до политики? Но если я спрашивала его совета по какому-нибудь важному делу, он не проявлял ни малейшего интереса. С вами я могу говорить обо всем, обо всем на свете.

- Я обожала мужа, - сказала мадам Дежуа, - хотя только после его смерти я открыла в себе способность к любви. С Полин. Вы ее не знали. Она умерла пять лет назад. Я любила ее сильнее, чем когда-нибудь любила Жако, и тем не менее я не испытала отчаяния, когда она умерла. Я знала, что это не конец, потому что к тому времени я знала свои способности.

- Я никогда не любила женщину, - сказала мадам Воле.

- Cherie, в таком случае вы не знаете, что может значить любовь. С женщиной вам не придется довольствоваться une facon classique три раза в день.

- Я люблю Поля, но он так во всем отличается от меня...

- В отличие от Полин, он - мужчина.

- О, Эмми, вы так верно его охарактеризовали. Как хорошо вы понимаете. Мужчина!

- Вы только представьте себе, как смешон этот маленький предмет. Другой бы подумал, достаточно ли этого, чтобы кукарекать.

Мадам Воле хмыкнула и сказала: - Cochon.

- Возможно, в копченом виде, как угорь, он мог бы кому-нибудь и понравиться.

- Перестаньте. Перестаньте. - Они раскачивались от смеха. Конечно, они были пьяны, но самым очаровательным образом.

3

Какой далекой казалась теперь грязная узкая улица у Троллопа, тяжелые башмаки мистера Кроли, его гордое застенчивое ухаживание. Иногда мы путешествуем в пространстве таком же огромном, как космос для астронавта. Когда я поднял глаза, головка мадам Воле покоилась на плече мадам Дежуа. - Я так хочу спать, - сказала она.